Вячеслав Андреевич Майер

Чешежопица. Очерки тюремных нравов

Издана: Москва
Жанр книги: Прочая документальная литература (то, что не вошло в другие категории)
  • Бесплатно скачать книгу Чешежопица. Очерки тюремных нравов в формате fb2

СодержаниеКарусель мастей → Часть 3

Часть 3. Глава 3.

В камерах Новосибирской тюрьмы педерасты живут только у толкунов-унитазов, их обязанность содержать унитазы в идеальной чистоте, при этом моют их костяшками домино. В обязанность педерастов входит также вытирать задницы блатным, выносить тузики – корзины с мусором. Свою посуду – шлюмки и ложки педерасты ставят также на унитаз. Не дай Бог оказаться посуде педерастов рядом с посудой блатных или мужиков! Последняя тогда помоится, что является непростительным нарушением уголовных правил и виновника-педераста за это избивают до полусмерти. Сдают посуду педерасты тоже отдельно от блатных.

Перед вступлением в половые сношения пидоры пидорам моют фуфло мылом, особенно ценится уссурийское пахучее мыло, затем промазывают вазелином и вставляют в «копченое солнышко» вату. После акта пидоры вытирают блатному член полотенцем. Поэтому настоящий уголовник никогда не воспользуется тюремным или лагерным полотенцем. Они считаются запомоенными. Блатные и мужики, умываясь, вытираются только марочками – носовыми платками или переданными с воли домашними полотенцами.

Знаменитые педерасты ценятся на вес золота. Их по праздникам одевают в женскую одежду вплоть до бюстгальтера, бреют ноги, половой член особым способом подтягивают к животу, красят щеки, брови, губы. Раз в году – 8-го марта – в Международный женский день устраивают угощение и поздравляют всенародно. Педерастам дают женские имена – Таня, Катя, Валя, а фамилию оставляют мужскую и называют Таня Золотавин, Катя Охохонин, Валя Шадрин.

В Новосибирской тюрьме в камеры смертного коридора педерастов помещают на ночь за деньги. Потом им дают отдохнуть в специальных камерах-обиженках, туда помещаются педерасты и лагерное зэковское начальство – козлы. Козлами называются бывшие завхозы, бригадиры (бугры). Козлов нельзя помещать в камерах с простыми зэками, так как их могут там убить или запомоить. В обиженках педерасты отдаются козлам.

По уголовному закону круглым педерастам не возбраняется доносить начальству о положении в камерах. Что с него, педераста, взять – он конченый человек.

Как и все заключенные, педерасты на карточках отмечаются дополнительной шифровкой: «ПП» – педераст пассивный, некоторым блатным ставят «ПА» – педераст активный. С отметкой «ПА» у блатных и мужиков педерастами не считаются.

На все виды верхней одежды – рубашки, пиджаки, фуфайки, зэчки, бушлаты – у сибирских педерастов «ПП» нашиваются синие полосы размером 20х50 миллиметров. Зачумленного педераста, то есть такого, какой уже из-за старости, уродливости и дряхлости не вызывает сексуального интереса, любой зэк может «попросить» убрать за себя помещение, сходить в наряд. Педерасты и черти – постоянный объект потехи и издевательств. В зонах Курганской области устраивают даже: соревнования среди педерастов по бегу. В цехе, когда нет начальства, пидоров раздевают, вставляют в задницу ключи, сверла с обратной стороны, протяжки, отвертки и пускают в бег. Победители, те, у кого не выпадает инструмент, кто быстрее прибежит, получают угощение – глоток чая, конфетку, зубок чеснока. Молодежь часто устраивает гонки на чертях и пидорах – их запрягают в контейнера и ездят по цеху.

Такие же деления по группам сохраняются и у зэчек-женщин: блатнячки-паханы, работячки-лошадки, запомоенные – черти, лесбиянки-ковырялки. Каждый иерархический этаж устойчив и прослеживается даже в прокурорских зонах, куда попадают работники прокуратур, милиции, партийных и советских органов, а также зон и тюрем. При этом сан прокуроров приравнивается к зэкам, осужденным по статьям, связанным с изнасилованием, независимо от того, за что они сели. Их насилуют и помоят за то, что они насиловали других статьями уголовного кодекса. В зонах они живут среди педерастов и чертей. Судьи, чтобы не попасть в педерасты, должны доказать, что они в своей деятельности «помогали» осужденным, снижали срок наказания и противодействовали требованиям прокуроров. Блатными и мужиками в таких зонах являются милиционеры и офицеры зон и тюрем, короче, менты – простые и цветные. Такая зона есть в Иркутске, в Рабочем предместье, есть в Нижнем Тагиле – туда свозят со всего Союза подобных зэков. О себе они говорят: «Мы живем валетом, в мире наизнанку». Попадая повторно за решетку, эта категория уже следует в обычные зоны, где переходит, ежели не примочат, на положение педерастов.

Нет ничего страшнее, чем камеры малолеток – весь юный ум уходит на поиски издевательств и приклеивание мастей. Пахан камеры и его дружки за любой косяк-оплошность наказывают изощренно и извращенно. Косяком может быть все – неправильный ответ, расспрос, невыполнение обещания, утаивание прошлых, важных с точки зрения уголовного мира моментов своей жизни. В общем, все. Сережу Черепанова наказали, запретив от подъема до отбоя сидеть и прислоняться к чему-либо, даже присаживаться на корточки. Он так простоял полгода. За что? Его мать, не зная законов уголовной жизни, передала ему продуктовую передачу в хлопчатобумажном мешочке, где в орнаменте цветков был красный цвет. «Твоя мать – коммуняга, даже в тюрьму красное передает», – сказал пахан. Передачу отобрали, а ему на совете хаты вменили стоять от подъема до отбоя.


© 2010 — www.lidiya-dudakov.narod.ru

Хостинг от uCoz